Главная   \   Знаменитые новокузнечане   \   Ученые   \   Балакай Анатолий Георгиевич

Знаменитые новокузнечане

Известный российский ученый-лингвист,
автор словаря русского речевого этикета
Родился 15 ноября 1947 г. в г. Осинники Кемеровской области. Учился в семилетней школе № 16, в восьмилетней школе № 6, в одиннадцатилетней школе № 2 г. Осинники. В 1965-1969 гг. учился на факультете русского языка и литературы Новокузнецкого пединститута (НГПИ). По окончании был оставлен в институте ассистентом кафедры русского языка. В 1970 - 1971 гг. служил в рядах Советской Армии в г. Уссурийске.
С июня 1971 по сентябрь 1973 г. – ассистент кафедры русского языка НГПИ. С октября 1973 по сентябрь 1976 – аспирант кафедры русского языка Тульского государственного педагогического института им. Л. Н. Толстого. Работал под руководством выдающегося учёного-фразеолога Владимира Леонидовича Архангельского (1915-1977). Кандидатскую диссертацию «Фразеологические сочетания писем И. С. Тургенева в связи с общими вопросами детерминированной сочетаемости слов в современном русском литературном языке» защитил в 1978 г. в Московском областном педагогическом институте им. Н. К. Крупской. Учёное звание доцента по кафедре русского языка присвоено в 1981 году.
С 1980 по 2000 гг. – заведующий кафедрой русского языка НГПИ. С 2000 по февраль 2007 гг. – проректор по учебной работе НГПИ (КузГПА) и профессор кафедры русского языка (по совместительству). В 2003 году защитил докторскую диссертацию «Русский речевой этикет и принципы его лексикографического описания» в Орловском государственном университете. Учёное звание профессора по кафедре русского языка присвоено в 2006 г.
С февраля 2007 г. по август 2015 г. – профессор кафедры русского языка КузГПА (с 2014 г. – НФИ КемГУ).
Много времени Анатолий Георгиевич отдавал работе со студентами, руководил курсовыми и дипломными работами по русскому языку, готовил студентов на олимпиады и научные конференции. Занимался методической работой: писал статьи, методические рекомендации и учебные пособия для самостоятельной работы студентов. Рецензировал авторефераты диссертаций, методические пособия, рекомендации, сборники научных статей. С 1993 г. руководил лексикографической лабораторией, в работе которой принимают участие школьники, студенты, учителя, соискатели, преподаватели факультета.
Результаты научных исследований по русской лексике и фразеологии, лексикографии, морфемике и словообразованию, языку художественной литературы, культуре речи и речевому этикету, мысли о науке, образовании и духовно-нравственном воспитании нашли отражение в более чем 100 работах, опубликованных в местных, региональных, республиканских, центральных и международных изданиях.
Широкую известность и признание получил Словарь русского речевого этикета и простонародного доброжелательного обхождения «Доброе слово» (Кемерово, 1999; Москва, 2001, 2004, 2007). Труд по объёму и содержанию не имеет аналогов в отечественной лексикографии. Собирание формул русской речевой учтивости, вежливости, обходительности имеет в России давнюю историю. Известно, что ещё в XVII-XVIII и особенно в XIX веках издавались разнообразные справочники и руководства для учтивого устного обхождения, а также для написания бытовых и официальных писем («письмовники»). Словарь Балакая позволяет современному читателю узнать много нового и интересного из истории русской культуры общения, более глубоко осмыслить художественные и эпистолярные тексты, расширить свой активный и пассивный словарный запас.
Презентация словаря-справочника «Доброе слово» прошла 10 марта 2000 года в Доме творческих союзов.


В 2011 вышел в свет Конкорданс и частотный словарь повести И. С. Шмелёва «Лето Господне», справочное электронное издание (в соавторстве с Н.А. Баланчиком). Объёмный труд представляет собой полный лексико-фразеологический состав повести в алфавитном порядке, даёт к каждому слову и выражению полный иллюстративный материал, частотность употребления слов и выражений в тексте повести. Конкорданс и частотный словарь адресованы специалистам-лексикографам, исследователям идиостиля И. С. Шмелёва, учителям русского языка и литературы, аспирантам, студентам-филологам, широкому кругу современных читателей повести.
Свыше сорока лет жизнь и судьба профессора Балакая связана с Новокузнецким пединститутом (педакадемией). Студенты и преподаватели вузов России и сегодня пользуются его учебно-методическими пособиями по русской фразеологии, морфемике и словообразованию.
Анатолий Георгиевич Балакай – отличник народного просвещения, почётный работник высшего профессионального образования РФ, награждён областными медалями, в том числе медалью «За веру и добро». С сентября 2015 г. – пенсионер.
Автобиография
…Я родился и вырос в семье медика и учительницы. В доме не было ничего интересного, кроме книг, ученических тетрадок и вечерних разговоров о работе. Поэтому читать и писать выучился рано. В школу пошёл шести лет, потому что в этот год мама набирала 1-й класс. Школьное начальство не очень возражало: я давно был в школе «своим ребёнком»: мама вела уроки, беседовала с учителями и родителями, ходила по домам учеников, а я проводил время в пионерской комнате, живом уголке, в директорском кабинете или рисовал в тетрадке, пристроившись на задней парте у кого-нибудь из учителей на уроке. Мама – моя первая учительница – испытала, наверное, большое облегчение, записав меня к себе в класс. Но моя «вольница» кончилась. Не помню, чтобы моя учительница хвалила меня, разве что вместе с другими одноклассниками. Но замечания делать успевала раньше, чем кто-нибудь из учеников заметит мою шалость. Даже в дневник замечания писала. Единственное, чего она не могла, – это­ вызвать в школу родителей. Зато дома мне доставалось и от матери, и от отца по «полной программе». Друзья мне сочувствовали и как могли выгораживали. Теперь и я сочувствую детям учителей…
В 1965 г. окончил 11-й класс, и родители спросили: что дальше? Ответил, что хотел бы поступить в Томский университет на факультет журналистики. Родители не обрадовались. Они конечно знали моё увлечение литературой, но с выбором профессии никак его не связывали. Журналистика была для них делом непонятным, чужим и далёким, вроде комсомольской или партийной работы. Мама хотела, чтобы я стал учителем, отец советовал стать врачом. Приводили резоны, но не настаивали.
В то время для поступления на журфак, абитуриенту нужно было пройти творческий конкурс, и я его прошёл. Но, когда стал собирать документы, выяснилось (трепещите, нынешние сторонники ЕГЭ!), что на журфак принимают юношей либо с трудовым стажем, либо после службы в армии. И я пошёл устраиваться в городскую газету «Маяк коммунизма», где уже второй год был внештатным корреспондентом, чтобы весной уйти в армию, а после армии поступать в ТГУ. Мой литературный наставник, поэт и ответственный секретарь газеты Михаил Субботин моих планов не одобрил: «Поступай, Толя, в Новокузнецкий пединститут, на литфак. Школа хорошая, знания дают не хуже, чем на журфаке. Закончишь ­– возвращайся к нам. И все дела…»
Так на радость ничего не подозревавшим родителям я оказался в пединституте.
Студентом продолжал писать, печататься, был завсегдатаем литературных вечеров. Подошёл срок распределения. Завкафедрой Л.Н. Санжаров предложил мне остаться ассистентом на кафедре русского языка. Когда я сказал об этом в редакции, товарищи помрачнели: «Зачем тебе это? Ну, ладно бы ещё на кафедре литературы…» Некоторые смотрели на меня, как на предателя. Даже на бутылку сброситься, как бывало, никто не предложил… Наверное, потом, без меня, сбросились…
Сначала маялся, стыдно было заходить в редакцию. После армии, через три года встретились, посидели хорошо, до позднего вечера. Миша Субботин сказал: «Аспирантура, говоришь? Ладно, Толя, пробуй, дерзай… газета от тебя никуда не уйдёт. В газете ведь тоже… – он грустно улыбнулся, – нельзя поэту долго засиживаться… Э!.. ладно, поздно уже. Пойдём жить дальше». В 1974 г. он подарил мне три тома словаря Даля («первый зачитали») – царский подарок! И надписал:
Словеса – не апельсин,
Словеса – не клавесин,
Слово – это, Толя,
Первый сгусток боли…
Тогда я воспринял эту надпись как шутливую. Теперь, намного пережив его, думаю: «Господи! Как же он был прав! И откуда у него в то время и в том месте такое знание!». Поистине Дух веет где хочет! Какие мудрые, добрые, строгие и прекрасные были у меня учителя!
Ни о какой династии я, разумеется, не думал. Да и пропагандировались тогда партийными властями через прессу в основном «рабочие династии».
Старший сын, Алексей, после службы в армии заочно окончил ТЭФ НГПИ. У него диплом учителя. Сейчас он подполковник милиции. Ему ещё нет сорока, и как знать…
Лет двадцать назад, я увидел, как дочь-третьеклассница самозабвенно рыщет в словарях какое-то нужное ей слово. Рядом на полу в ожидании сидели куклы.
– Анечка, ты кем будешь, когда вырастешь?
– Не знаю… учительницей, наверно…
– Начальных классов? как ваша Валентина Дмитриевна?
– Нет, русского языка… Как мама.
Педагогическая династия вырастала сама собой. Без какой-либо заранее продуманной профориентации. Думаю, потому, что ничего интереснее книг, тетрадок и разговоров о работе в доме не оказалось…

Дополнительные материалы

Личная страница
Балакай Анатолий Георгиевич: библиографический указатель
Анатолий Балакай: "Нельзя всё списывать на рынок, надо отвечать и за свой "базар"" // Кузнецкий рабочий. 2007. 10 ноября.
Е. Э. Протопопова (составитель), 2015