Главная   \   Знаменитые новокузнечане   \   Деятели культуры   \   Мацулевич Магда Францевна

Знаменитые новокузнечане

Выдающийся педагог-музыкант

Женщина утонченная, жизнелюбивая и мужественная. Музыкально-общественный деятель и блестящий организатор. Мыслитель и эстет. Педагог и методист. Необыкновенная пианистка, одна из лучших воспитанниц Петербургской консерватории.

Родилась Магда 18 июня 1897 года в Новгороде в семье служащего губернской контрольной палаты польского дворянина Мацулевича Франца Владиславовича. Поступила учиться в местную гимназию, а с переводом отца в Санкт- Петербург продолжила обучение в столичной гимназии, одновременно в 1910 году поступила а Санкт-Перебургскую консерваторию, окончила её в 1917 году по классу фортепьянного исполнительского искусства.
В консерватории училась у профессора Л. В. Николаева. Рядом с ней учились Прокофьев и Шостакович. «Я счастлива тем, что в свое время лично могла слушать многих выдающихся пианистов. Слушала Рахманинова, была в числе тех, кто слышал первое исполнение концерта Глазунова», – вспоминала она позже. 1917 год встретила в Петрограде. Вместе с друзьями Магда легко вошла в новую жизнь. «Мы, молодые музыканты, создавали концертные бригады, выступали перед экипажем крейсера «Аврора», перед моряками Балтийского флота, бойцами Красной Армии», – рассказывала Магда Мацулевич. За годы учебы молодая пианистка сформировалась в зрелого музыканта. До 1919 года занималась концертной деятельностью и изучением иностранных языков. В мае 1919 года сдала экстерном все экзамены за полный курс немецкого языка в институте иностранных языков им. Герцена.
Следует отметить, что, кроме польского и немецкого языка, она в совершенстве владела английским и французским языками. С выходом отца на пенсию и переездом его вновь в Новгород, не желая расставаться с родителями последовала вслед за ними в свой родной город, где получила должность преподавателя в музыкальной школе, скоро была назначена заведующей школы. Одновременно исполняла должность заведующей художественным подотделом губернского одела народного образования. В 1921 году вышла замуж за Михаила Ивановича Баранова, военнослужащего, работника новгородского военкомата. В 1922 году у них родился сын, которого нарекли Рюриком. Впоследствии родился ещё один ребенок. Однако этот брак оказался недолгим и в 1924 году распался. В своей автобиографии указывала, что у неё с 29 августа 1922 года по 1 сентября 1929 года был перерыв с службе, связанный с рождением детей, болезнью и ведением семейных дел. Однако концертную деятельность она не прерывала, возвратилась вновь в Петроград (Ленинград) и десять лет до октября 1939 года работала руководителем музыкальных занятий в детских садах и детском доме им. Розы Люксембург.
1932 год ознаменовался для Магды двумя важным «разнополярными» событиями в личной жизни: смерть отца и выход замуж за любимого человека, весьма далекого от искусства. Её мужем стал Евграф Слепушников, работавший директором совхоза в Средневолжском крае под г. Куйбышевым. Муж не мог из-за работы переехать в Новгород, а у Магды не было работы по специальности по месту службы мужа. Встречи были редки и непродолжительны. Последняя встреча состоялась в феврале 1938 года, в очередной приезд мужа в г. Новгород на похороны брата Магды Витольда. Через несколько дней он был арестован органами НКВД и отправлен в тюрьму г. Мелекес, позднее на ст. Шентала. Как удалось ей выяснить впоследствии, её муж был осужден «тройкой» по ст. 58-7 УК РСФСР.
В июне 1938 года последовал арест и самой Магды. Следователи требовали признаться в шпионаже «в пользу одной из капиталистических стран, враждебных СССР», однако, не добившись признательных показаний, вынуждены были в мае 1939 года её освободить «за недоказанностью состава преступления». Пока Магда находилась под следствием, её 16-летний сын Рюрик жил с 74-летней бабушкой Луизой, матерью Магды. Арест отчима и матери болезненным образом сказался на психике ребенка. Он стал убегать из дома, и впоследствии вышедшей из заключения матери стоило больших трудов найти его и вернуть в семью. «Желая сменить обстановку», она решила из овгорода переехать куда-нибудь в другое место. С этой целью выехала в Ленинград и в консерватории получила предложение на работу в Томск, куда с матерью и сыном приехала в 1940 году.
В Томске была принята на работу в Музыкальное училище 10 декабря 1939 года преподавателем истории музыки, а чуть позже преподавателем по фортепиано. В Томске включилась в активную концертную жизнь, выступая соло, в ансамблях и как аккомпаниатор. Она блестяще исполняла сочинения Шопена, Бетховина, Скрябина, Рахманинова, Листа и других авторов, часто создавая концертные циклы. Ученик Магды Г. С. Кимеклис отмечал, что «везде ярко и властно ощущалось духовное начало, блистательный талант, высокая культура». Она имела «несравненное обаяние, утонченную интеллигентность и благородство жизнелюбивой натуры». В июне 1941 года Магда по итогам прошедшего учебного года за добросовестную работу была премирована путевкой на курорт Чемал, однако начавшаяся 22 июня 1941 года война круто изменило жизнь страны, жизнь всего народа. В первые же дни войны на фронт ушел директор училища Багашов и 25 июля 1941 Магда была назначена директором музыкального училища и детской музыкальной школы. Уход на фронт значительного количества преподавателей и учащихся привел областное руководство к мысли упразднить музыкальное училище до уровня детской музыкальной школы. Тогда Магда, видя угрозу ликвидации старейшего в Сибири музыкального училища и заручившись поддержкой коллег, не побоялась выступить перед начальством с обращением, в котором попыталась доказать необходимость и важность сохранения музыкального училища в г. Томске, несмотря на всю сложность военного времени. К счастью, здравый смысл победил, и через две недели приказ о закрытии был отменен, а Томское музыкальное училище продолжило свою работу, хотя выпуски в годы войны в ТМУ были очень малочисленны: 2-6 человек. Учащихся мало, педагогов тоже. Но училище жило. Все учащиеся и преподаватели давали невероятное количество концертов. В Томск постоянно прибывали раненые. Многие потеряли зрение, значит и свою довоенную специальность. Способных к музыке инвалидов войны принимали в музыкальное училище. Были случаи, когда с учениками занимались по всем предметам и специальности в госпитале. Организатором обучения инвалидов, понимая важность для них получения новой специальности, была Магда Францевна. Какую роль в жизни училища и музыкальной жизни Томска в годы войны играла Магда Мацулевич, много позже вспоминал её ученик, музыковед, редактор журнала «Советская музыка» Юрий Карев. В день 80-летия своего педагога в открытом письме он писал: «Мне посчастливилось заниматься у вас осенью 1941 года в Томске, где вы были тогда не просто директором музыкального училища – душой всей музыкальной общественной жизни города. Вы успевали все – не считаясь со временем, работали с учениками, организовывали смотры художественной самодеятельности, концерты в госпиталях, в Доме Красной Армии. И все это делали со свойственным вам артистизмом и обаянием, делали, не боюсь этого слова, красиво, с полной убежденностью и верой в грядущую победу. Так это и воспринималось всеми, кто встречался с вами в те годы».
И это в то время, когда жизненные удары преследовали её один за другим. В январе 1944 года умер незадолго до смерти вышедший из лагеря муж Евграф, а в марте скончалась престарелая мать. К тому же несколько раз органами НКВД арестовывался психически больной сын и приговаривался к расстрелу, замененному штрафным батальоном на фронт, а потом направленный стараниями матери на медицинское освидетельствование в психолечебницу. Праздник победы в ТМУ встретили с ликованием. Музыканты вышли на улицы, играли и пели. С конца войны стали возвращаться демобилизованные педагоги и учащиеся. С началом нового учебного года работа в ТМУ заметно оживилась. Но для Магды пришли годы тяжелых личных испытаний.
В сентябре 1945 она была вынуждена уйти с поста директора училища, а 29 декабря 1945 года последовал арест и обвинительное постановление. Поводом для ареста послужили стихи сына, которые она хранила у себя и найденные у неё во время обыска. Находясь в психолечебнице, сын Рюрик умудрился через знакомого передать матери свою тетрадь со стихами, а та пыталась их сохранить у себя, как память о сыне. О переданной на хранение тетрадке стихов «антисоветского содержания» стало известно в УНКГБ. В результате очередного обыска злополучная тетрадь была найдена, а пойманная «с поличным» мать арестована. Нашлись и свидетели, давшие «нужные показания».


В закрытом заседании Военный трибунал войск МВД Новосибирской области 16 марта 1946 года признал Магду виновной в совершении преступления по ст. 58-10 УК РСФСР и приговорил к лишению свободы на 8 лет и дальнейшим поражением в правах на три года, с конфискацией всего лично ей принадлежащего имущества. Наказание отбывала в Сиблаге (г. Мариинск), куда попал и её сын, осужденный к 7 годам лагерей.
Находясь в лагере, работала по своей специальности, была концертмейстером театра и руководителем детского музыкального кружка, учила музыке детей лагерного начальства. После освобождения из лагеря 29 декабря 1953 в Томск больше не вернулась. 1 января 1954 была зачислена на работу музыкальным руководителем клуба им. Горького п/я АГ 247, а через полгода уехала в г. Сталинск (Новокузнецк) и там была принята на работу преподавателем детской музыкальной школы, где продолжила активную творческую жизнь, став здесь родоначальником фортепианной школы.
Заложила зерна музыкальной культуры города, определила судьбу многих музыкантов-исполнителей. Стихи в ее исполнении на французском, польском, немецком языках тоже звучали музыкой. Многие из ее учеников стали известными деятелями отечественного музыкального искусства.
Лето обычно проводила с сыном в Крыму, в Коктебеле, где по случаю купила дачу. Выступления на сцене она не оставляла всю свою жизнь, до самых преклонных лет, накопив огромный репертуар из произведений русской, зарубежной и советской музыки. Те, кто слышал Магду в ее зрелые годы, отмечали тонкое воплощение творческого почерка автора и глубоко понятый дух времени, в которое оно создавалось, техническую свободу, отточенность каждого штриха. Иногда имели возможность слушать её игру в знаменитом Коктебеле, когда она устраивала у себя дома импровизированные концерты. Слушали друзья, знакомые, соседи. Её дача в Коктебеле была почти такой же достопримечательностью, как дом поэта М. Волошина. Умерла Магда Францевна 29 октября 1984 года в больнице Феодосии и похоронена на кладбище пос. Планерного. Сын Рюрик умер там же в Коктебеле в сентябре 1995 года. Реабилитировали сына и мать только в 1989 году.


Помня и чтя её огромные заслуги в развитии музыкального образования и культуры города Новокузнецка по ходатайству её многочисленных учеников и преподавателей детской школы искусств № 47, Новокузнецкой детской школе искусств № 47 присвоено ее имя (1998), на здании установлена мемориальная доска.

«Приехав в Новокузнецк (бывший еще Сталинском) Магда Францевна сразу берется за работу. Начинает с частных уроков, быстро завоевывает авторитет и ходатайствует об открытии в Кузнецком районе филиала музыкальной школы. Отсюда начинается история музыкальной школы № 7, тесно связанная с деятельностью Магды Францевны Мацулевич, в которой везде ярко и властно ощущалось духовное начало, блистательный талант, высокая культура. Общение с ней благотворно сказывается на деятельности всего коллектива. В эти годы Магда Францевна принимает участие в областных и межобластных семинарах и конференциях преподавателей ДМШ. Её доклады, методические сообщения, показ учеников, концертные выступления встречаются всегда с огромным интересом.

В 1961 году Магда Францевна назначается заведующей фортепианной секцией зонального методического объединения. Её приглашают в Новосибирскую консерваторию для работы в жюри конкурсов учащихся пианистов училищ Сибири; по просьбе фортепианной кафедры консерватории Магда Францевна работает в методической конференции педагогов-пианистов музыкальных училищ Сибири и Дальнего Востока. Кемеровским областным управлением культуры она утверждается консультантом (на общественных началах) студентов-заочников, обучающихся в консерваториях и музыкальных училищах страны. Ученики Магды Францевны занимают первые места на областных смотрах и конкурсах юных музыкантов Кузбасса. За советом к ней приезжают не только студенты, преподаватели-музыканты, но и люди разных профессий и возрастов. «Все, кто близко знал её, отмечают высокую образованность, благородство натуры, прекрасное знание русской классической литературы и многих иностранных языков». (Магда Францевна знала немецкий, французский, польский, английский, латинский и итальянский языки).


«Её суждения отличаются широтой взглядов, необычайной логикой, глубиной и оригинальностью... и какой-то особенной женственностью, столь характерной для женщины XIX века, и, к сожалению, почти исчезнувшей в наше время. Перед нами воочию предстают как бы живые те прекрасные художники – Глазунов, Скрябин, Рахманинов, – которые для нашего поколения стали великими, а Магда Францевна общалась с ними. В «посиделках» у нее на квартире слагалась та трудно определяемая обстановка высокой духовности, глубокого профессионализма, беспредельной увлеченности искусством, миром не только музыкальным, но и реальным, в котором мы живем, что человек, уходя оттуда, чувствовал себя обогащенным и нравственно, и духовно».

Несмотря на громадный методический и педагогический труд, главным делом Магда Францевна считала исполнительство. День её был расписан по минутам: среди многочисленных уроков обязательно уделялось часик-два своим занятиям – будь это утро или поздний вечер. И никаких поблажек ни в 60, ни в 70, ни в 80 лет!

Многим памятны тематические вечера, посвященные Шопену – её любимому композитору, Бетховену, Шуберту. Репертуара её хватило бы на десятки концертов. «В кончиках моих пальцев около двухсот произведений», – говорила Магда Францевна. Те, кто слышал ее игру, отмечали «тонкое воплощение творческого подчерка автора и глубоко понятый дух времени, в которое оно создавалось, техническую свободу, отточенность каждого штриха и удивительное обаяние».

Играть для кого-то для нее было радостью дарения, радостью открытия прекрасного, возвышенного мира. Когда 85-летняя пианистка давала свой последний концерт на сцене в ДК Алюминщиков, думалось, что годы над этим человеком не властны, столько было в ней энергии, жизнелюбия, неувядающей молодости...

«Ничто не бесследно. Большие круги волнами расходятся от подвижнически прожитой жизни, вбирая в себя близких и дальних». Дело музыкального просветительства, которому служила Магда Францевна Мацулевич, перешло к ее ученикам. Школа, в которой она проработала около тридцати лет, носит ее имя. А память об учителе, музыканте и человеке живет в сердцах многих людей.

Источники: Здесь всё память о ней / Тамара Бутко // Кузнецкий рабочий. – 2015. – 24 декабря ; Хроника Магды Мацулевич - пианистки, эстета и человека : (к 110-летию со дня рождения) / Герард Кимеклис // Музыкант-классик / Musician-classic. – 2007. – № 7/8. – С. 2-6 ; Школа лучших традиций / Инна Калинина // Новокузнецк. 2007. – 14 апреля (№ 14). – С. 11 ; Некоронованная королева / Людмила Баташева // Кузнецкий меценат. – 2004. – 7 мая. – С. 1.
Е. Э. Протопопова (составитель), 2016
Видео

Посмотреть видео